Профайлы и интервью — Большое интервью с Wyn Masters

В гостях у подкаста The Ride Companion легендарный Вин Мастерс: Побит, но не сломлен. В выпуске мы узнаем про затраты на перелёт в Корею, каким должен быть идеальный Кубок Мира, про деньги в спорте и NDA, зачем спорту нужен дуал-слалом по пятницам и почему тренироваться в даунхилле — самое скучное занятие на свете, а также почему поляк на хардтейле стал врагом №1 для всех! 

Рад быть здесь! Но сначала давайте уберём слона из комнаты — я побитый, да. У меня разрыв акромиально-ключичного сочленения какой-то степени, пока не знаю, насколько серьёзный. Кажется, запястье тоже сломано, впереди МРТ. Но спасибо, что позвали, приятно вернуться. Надеюсь, восстановление не затянется, но посмотрим. Vожет, на следующей неделе операция.

Вообще-то нет. 27 лет катаю и ни разу серьёзно не травмировал плечи.

Я был доволен этим рекордом. Но плечо сломал в уборке, которая была не по моей вине. Может, поэтому и травмировался, потому что просто не был готов к падению.

Падение по своей вине — это когда ты сам допустил ошибку: недолетел вылет, вошёл слишком быстро в поворот, влетел в дерево. Это на тебе. Как правило, такие падения переносишь лучше, потому что тело начинает готовиться к удару. Ты напрягаешься, группируешься. За годы маленьких и больших падений ты подсознательно учишься — целая куча вещей, которые делаешь автоматически. Иногда после серьёзного краша встаёшь вообще без последствий. А вот когда ты не готов — всё может быть гораздо хуже.

Это худшее ощущение. Ты ничего не можешь сделать, даже когда отстёгиваешься от велика, не можешь нормально подставить ногу, ты в неправильной позиции. Просто ждёшь удара. Такие падения обычно и заканчиваются травмами. А бывает — огромный краш, и ты встаёшь, отряхиваешься: «Каким-то чудом я цел». Девять жизней. Но если ты занимаешься этим спортом так долго, травма всегда может случиться — просто обычно она не должна приходить из-за чужой ошибки, по крайней мере в нашем спорте. В шоссе — может быть, но мы-то не шоссейники.

Похоже, я коллекционирую травмы от падений, в которых я не виноват. Два последних больших — оба не моя вина. Я ехал за Олли по такому полускрытому трейлу, который ни один из нас толком не знал. Едем — впереди что-то похожее на вылет трамплина. Типа бонер-лога. Мы ускоряемся. Но это не трамплин — это качели. Олли проехал — и конструкция начала подниматься, а меня зажало на скорости 30км/ч.

У меня до сих пор шрам на руке. Бревно от качелей вошло прямо в квадрицепс, и меня зажало. Ближайшее сравнение — мышеловка. Как будто влетаешь в мышеловку на 30км/ч.

После того дня — я точно не фанат. Ладно, расскажу про последнее падение. На трассе КМ в Южной Корее был довольно большой дабл через пожарку. Объездная траектория (би-лайн) шла в обход трамплина и потом выходила на приземление. Чтобы приземлиться в нужную точку, надо было попасть туда, где би-лайн соединяется с основной линией. Я подъезжаю — а впереди райдер, которого задержал другой гонщик. Тот, который задержал — тот самый парень на хардтейле, который сейчас «враг номер один» в спорте.

Не он напрямую, но он задержал того другого гонщика. Парень на хардтейле реально произвёл эффект всего за одну гонку. Я его не виню — он делал то, что позволяют правила. Но, наверное, ему стоило бы обращать больше внимания на то, что он задерживает людей на тренировках. Я слышал, Бенуа оба своих тренировочных заезда профукал из-за хардтейла. Понимаете, некоторые приехали работать, а другие катают на хардтейле по даунхильной трассе — ради чего? Чтобы доказать, что можешь? Ради хайпа?

Итак, парень на хардтейле замедлил другого райдера. Тот не смог пульнуть трамплин. А я уже был на подходе — перепрыгиваешь камни перед трамплином, приземляешься и дальше уже точка невозврата. Заезжаю за поворот — вижу, тот райдер стоит на би-лайне. Обычно, если ты на обходной линии, ты должен проверить, свободна ли трасса, прежде чем выезжать. Маршала на трамплине не было. Раньше в тот же день я сам останавливался на той обходке — и ждал минут пять, чтобы безопасно выехать, потому что не видно, едет ли кто-то сзади. Очень опасное место: на трамплине скорость 40км/ч, а с объезда ты стартуешь почти с нуля. Огромная разница в скоростях. Я уже в воздухе и тут он начинает выезжать. Мне пришлось прыгнуть влево вместо вправо, где приземление, чтобы не врезаться в него, и я вылетел через руль с задней стороны приземления. Велик чуть не попал в него. Не хотел приземляться на парня — но хороших вариантов не было. В те доли секунды у тебя нет ни одного нормального решения.

На высшем уровне спорта всегда есть элементы, где ты обязан быть уверенным. Ты не можешь остановиться — ты уже проехал через камни, ты уже на трамплине. Так что оставалось либо приземлиться на парня, либо попробовать увернуться. Я попробовал увернуться, но меня выкинуло через руль. Я был на ногах и уже орал на того парня ещё до того, как перестал кувыркаться. Ругался довольно долго. А парень на хардтейле всё видел — он попытался мне отправить видео, но отправил другое. Там видно, как близко райдеры пролетают мимо стоящего гонщика — это просто безумие. Как это прошло проверку трассы? Многие другие райдеры тоже чуть не попали в ту же ситуацию. Получить такую травму из-за подобного — это плохо.

Нет. Когда ты идёшь по трассе, ты смотришь на трамплин, как ты по нему поедешь. Ты не смотришь, где объезд. Пока сам не остановишься на би-лайне и не поймёшь: «Блин, тут опасно». Когда я встал там раньше в тот день, мне понадобилось пять минут, чтобы выехать — потому что нет линии обзора. Последнее, что я хочу — это чтобы Амари Пьерон прилетел мне в зад на максимальной скорости.

Да. Плюс тренировка была сокращена несколько раз за день. У нас было примерно три часа, чтобы изучить совершенно новую трассу, которая ещё и менялась каждый круг. Все торопились — нужно было успеть накатать заезды за ограниченное время.

Да, в целом это был классный ивент — новое место, новая трасса, это всегда увлекательно. Но очень многое было не готово. «Плохая подготовка ведёт к плохим результатам» — как говорят в армии. Ты проводишь этап КМ, а не региональную гонку в Суррей-Хиллс. Это должно быть отлажено.

У нас мало гонок за пределами Европы, так что новая площадка вне Европы — это всегда волнующе. Я больше жду таких гонок, потому что европейские этапы за 17–18 лет стали «Днём сурка»: те же места, те же отели, те же рестораны. Всё на повторе. Новая площадка — я был за. Новая трасса тоже всегда интересна. И эта трасса, если не считать историю с трамплинами, была реально хорошей: более техничная, другой стиль, отличающийся от нынешних кубковых трасс, где всё просто становится быстрее и быстрее. Тут надо было больше думать, видны были разные линии. Для зрителя, думаю, это было хорошее зрелище — может, райдеры кое-где выглядели медленнее, но зато было видно разницу между ними. Что касается атмосферы — я рассчитывал на тот эпический вайб, который бывает на азиатских ивентах, но тут этого не было. Это была старая олимпийская деревня, которая принимает мероприятие, потому что получила госфинансирование. Это не место, где живёт MTB.

Байк-парк у них есть, но я бы не назвал это байк-парком. Сообщества как такового нет.

UCI обычно требует определённое количество тестовых заездов перед КМ. Но, похоже, теперь они закрывают на это глаза, если заплатить. Не лучший подход.

Трасса была классная, но некоторые вещи упустили именно потому, что не было предварительного тестирования. Та самая объездная траектория — как раз пример.

Гонка была хорошая. Но у меня ощущение, что спорт привезли туда, где им не особо интересуются. Может, маркетинг в Корее был недостаточным. КМ должен быть большим событием — это вершина спорта. Нужна большая толпа. А не тысяча-две человек. Каждая гонка должна быть как Леоганг — не горстка людей на финише. Когда приехал, первая мысль была: «Что мы делаем в этом городе-призраке?» Гонка проходила на территории бывшей олимпийской деревни Зимних Олимпийских игр. Там осталась куча отелей и инфраструктуры с тех времён — гораздо больше, чем нужно. Обычно, когда весь караван КМ приезжает в маленький городок вроде Леоганга, вокруг сразу становится людно и чувствуется движуха. А тут всё настолько огромное и растянутое, что люди рассеялись по территории и друг друга почти не видели. Здания старые, обветшалые. На выходных стало оживлённее, но корейцы приезжали на праздничные выходные, а не на гонку — то есть даунхилл как таковой их не интересовал. Отсюда и «призрачная» атмосфера.

Сложно сказать. Ландшафт идеальный — вся дорога туда сплошные горы. За городом довольно пустынно. Но катание на горных велосипедах там не очень-то разрешено. Так что потенциал есть, но пока этого нет. Они провели ивент — надеюсь, это поможет что-то изменить. Байк-парки начинают строить, но до нашего уровня ещё далеко. Если сравнить с Формулой-1 — они едут в города и собирают огромные толпы, пусть гонщикам и не нравятся городские трассы. А мы едем в глушь Кореи, которая хочет оживить регион после Зимней Олимпиады.

Для меня идеал — это что-то вроде Леоганга: есть деревня, кросс-кантри с одной стороны, даунхилл с другой, все в одном месте. Боксы у подножья гондол, рядом магазины, рестораны. И когда кросс-кантри и даунхилл вместе — зрители ККё приходят смотреть даунхилл и наоборот. Разделять дисциплины — плохо. В Корее кросс-кантри был в деревне — хотя бы местные отдыхающие могли заглянуть. Но нужно, чтобы дисциплины были вместе — это помогает им расти.

Именно. Фестиваль — это круто, если объединить обе дисциплины и добавить что-то для зрителей. Шорт трек в пятницу вечером — тоже хорошо, потому что это вечерние гонки. В даунхилле такого нет. Я слышал слух, что планировали какой-то даунхильный шорт трек, но не могу представить, как это сделать крутым. Самое крутое — обязательный дуал-слалом для всех топовых райдеров. Пятничный вечер, дуал-слалом после шорт трека — было бы нереально! Представьте: Амари Пьерон против Лоика Бруни в дуал-слаломе. Боже, как было бы круто. Спорт был круче в 90-х, честно.

Гонки голова к голове — это то, чего ты обычно никогда не видишь между этими райдерами. Очень круто. Но этого никогда не будет.

Если ты не стоишь внизу у экрана — это скучновато. Зоны ограждения сейчас как теннисные корты — организаторы хотят чистый кадр. Но для меня атмосфера в кадре — это лучше. Вспомните «Тур де Франс», когда гонщики едут в подъём через туннель из миллиона людей — это выглядит потрясающе. А в даунхилле зона становится шире и шире. Раньше-то было наоборот: фанаты свешивались со скал в Вистлере — это культовые кадры, которые и развивают спорт. Нам нужно посадить эту зону на диету.

Это сложно. Никто не будет делать дуал-слалом, если только пять человек готовы в нём участвовать. Но когда это было — было круто. Развлечения в субботу или пятницу вечером — лучший способ развивать спорт. Суперкросс не зря проводит гонки по ночам.

Корея этому помогла. Можно зайти в супермаркет и всё выглядит невероятно. В Европе зашёл в магазин — ничего необычного. А там можно делать крутые ракурсы, и даже странная форма выглядит классно. Сейчас это стало чем-то вроде модного показа. Медиа реально крутые.

Наверное, лучше, чем почти в любом другом спорте в этом плане. В суперкроссе такого контента нет. Перед A1 никто не выпускает подобные материалы. И сейчас многих MTB-медийщиков нанимают другие виды спорта, потому что смотрят на наш контент и говорят: «Вау, это реально круто».

Да, в конце месяца Лудинвиель. Будет интересно, потому что вернёмся к классической европейской трассе. Хотя результаты в Корее по большому счёту не удивили — французы всё равно оказались наверху. Но Аса ворвался в борьбу и выиграл свою первую квалу и финал. Просто безумие.

Наверное, это ощущение было уже давно. В прошлом году в Монт Сант Анне он был самым быстрым юниором. Джексон сделал безумный заезд — за пределами лимита, проплыл через рок-гарден, ничего не задев — а Аса всё равно был быстрее. Мы просто не видели этого напрямую, а теперь видим: квалификация — первый, финал — первый. Почему он такой быстрый? Наверное, как Джексон — он почти рождён для этого, с детства полностью в велосипедах. Плюс трасса в Корее играла ему на руку — похожа на его родной Дуранго, Колорадо.

Да. Бруни реально впечатлил — второе место, хотя ему трасса не особо нравилась и вроде бы это не его тип. Но он просто хорош во всём. А Амари — я был поражён, сколько он запоминает. Уже на первом-втором заезде он едет по вылизанным линиям на гоночной скорости. Линии, где ты выезжаешь из колеи и долго едешь по верху, бомбишь прямые — он это запомнил с первого раза. Другие ещё разбираются со сцеплением, а он уже на полной скорости. Скорость, которую он показал в финале — с потенциальным отрывом в две секунды — была у него уже с первых заездов. Другие райдеры хорошо проезжали секцию, а потом приезжал он — и это был просто другой уровень. Он вернулся — тот самый «режим зверя» Амари. И даже в падении он нереален: обе ноги выстегнулись, рука на земле — он оттолкнулся и продолжил. Потерял только две-две с половиной секунды на краше.

А потом показал самый быстрый нижний сплит — после падения. Обычно после краша райдеры немного выбиты. Он — чистый гонщик.

Думаю, большинство не справились бы с победой в квалификации. Многие бы потеряли голову и провалили финал. И то, что Аарон был рядом, наверняка помогло — Аарон столько раз был в такой ситуации. Он помог Асе понять: ты должен этого хотеть, а не бояться. Быть последним на старте — как это тяжело? Тебе 18 и это дико. Но как ты учишься этому мышлению за одну ночь, через разговор с тиммейтом.

Да, он позитивный парень. Суперконкурентный, но ты этого не видишь снаружи. Он всегда рад, здоровается со всеми. Он тот ребёнок, который просто кайфует от катания. И это хорошо — на этом этапе у него нет такого давления, как у того, кто думает: «Я должен завтра победить».

Джексон тоже так начинал. Но теперь вес ожиданий становится реальнее для Джексона — он уже столько выиграл. Теперь ты приезжаешь не с мыслью «поеду покатаю», а с мыслью «мне нужно побеждать».

Все эти молодые ребята смотрят и думают: «Вау, хочу так же». Но они не понимают, каково это на самом деле. И быть первым номером в Syndicate — по сути, самой большой команде — единственное, что от тебя ждут, это побед. В прошлом году он столько выиграл — чего ещё от него хотят? Это становится ожидаемым. Но, похоже, у них новый командный менеджер, который ещё и спортивный психолог — думаю, он может помочь в таких ситуациях.

Сложно описать. Аса немного похож на Джексона — едет по трассе как будто плывёт, но не до такой степени. Всё выглядит легко и расслабленно. А Амари — полная противоположность: напор и агрессия повсюду. Может, сейчас чуть меньше, чем раньше, но он просто зверь. А Аса — ты просто не видишь тонкостей, потому что он делает всё легко.

И всё равно было бы сложно разобрать. Но когда всё выглядит легко — ты, скорее всего, экономишь энергию.

Да. И он сам был не в восторге от своего заезда — что тоже пугает. Типа: «Ну да, хороший заезд, но не безумный».

У нас был почти полностью новозеландский подиум в юниорах: первое, второе и четвёртое место. Круто. Юниоры-киви постоянно прогрессируют. Плюс это ближайшая к Новой Зеландии гонка за долгое время — три часа разницы во времени, тогда как все европейцы просыпаются посреди ночи. Новая Зеландия далеко от всего, так что это настолько близко, насколько бывает. Джон Уильямсон выиграл — он в команде Yeti, был хорош и в прошлом году. А в женских юниорах — Алета Остгард показала самое быстрое время всего уикенда. Она — женская версия Асы: всё отточено, посадка, стиль. Думаю, она напугает элитных женщин в следующем году.

Я бы не сказал, что приезжаю выиграть гонку — хотя было бы приятно. Та трасса, вероятно, была бы лучшей для меня в сезоне: медленнее, техничнее — это больше подходит моему стилю, чем «газ в палас». Скользкий грунт тоже помогает — замедляет других, и ты можешь отыграть. Но уикенды очень загруженные. В день прогулки я почти не вижу трассу — весь день интервью. У нас было полтора часа видео с прогулки. Потом нужно было бежать делать контент для Shimano — четыре рилса за уикенд. Плюс мои собственные видео: прогулка, квалификация, финал — каждое по часу-полтора. После дня прогулки я был убит — 15 километров пешком по площадке. Видео загружается к девяти вечера — и ты наконец заканчиваешь. Потом надо бы изучить GoPro-записи трассы. Но на свежей трассе можно и без этого — всё равно всё будет меняться.

Да, там был один момент с трамплинами. Трамплин наверху закрыли — не сразу после падения Лу, но из-за ветра на открытом участке. Лу там упала и после первой тренировки трамплин больше не открывали. Лоик и Аарон даже не прыгали его — знали, что нормальной фичей он не будет. Надеюсь, с Лу всё хорошо. Последнее, что я слышал — она в больнице, но наверняка улыбается. Она из тех людей. Заживляющих лучей для Лу.

Нет, 32" не видел. Нико вроде тестировал на эндурике велике в Сиэтле, и на этих выходных собирается попробовать на даунхильном на Pro Downhill Series (уже). Но скоро мы их не увидим — с ними сложно рулить. В кросс-кантри тоже не заметил, хотя некоторые велики выглядели подозрительно. Проблема ещё в выборе покрышек: гонка была грязевая, свежая трасса — нужны грязевые шины. А когда летишь в Корею — ограничение по весу. Я заметил, что довольно много команд ехали не на покрах своего спонсора — просто нужны были грязевые покрышки. Я спонсируюсь Continental — они сказали: «Мы не можем отправить покры в Корею». Обычно в США или Канаде они шлют покрышки на место. А в Корею — не получилось. Это добавляет вес и сложность логистики. Одна команда, я слышал, потратила 30 000€ на логистику.

У них были более-менее нормальные результаты. Но были большие команды с двадцатью людьми в штате и всего двумя гонщиками в заезде. Это подводит к вопросу: как долго они смогут это тянуть? Бренды не будут вечно платить за перелёты на такие гонки без отдачи. Мы в самой дорогой экономической ситуации и летим в какое-то дикое место на одну гонку, когда можно было бы провести несколько гонок или хотя бы серию в регионе. Только 30 гонщиков на старте — это грустно. Райдеры между 30-м и 40-м местом — они все катают за заводские команды, все команды тратят сотни тысяч. Думаю, некоторые тратят тысяч сто на одну гонку.

Респект Нико — он тащит всё на куда меньшем бюджете. Я видел, что весь их состав — Аарон, Аса, Нико — летели в экономе. А Specialized летят бизнес-классом. Вот это мне нравится — ребята выиграли гонку, и при этом делают всё как могут. Нико тратит свои деньги, а не бренда, поэтому знает все трюки — как засунуть рюкзак под коробку с велосипедом, чтобы не переплачивать за вес.

Видео просто нереальные. Командные ролики теперь реально смешные. Кто бы подумал в 2012–2018, что мы увидим Аарона Гвина в комедийном видео? Он всегда был жизнерадостным, но приезжал работать. А теперь он веселится и помогает формировать будущее спорта. При этом Аарон злился из-за своего 17-го места — ему этого недостаточно. Он ещё покажет результаты и направит Асу в правильную сторону.

Много. Но он выбрал эту программу, потому что верит в неё — и это хорошее время. Но думаю, Аса видит дальше блестящих вещей, чего большинство людей не делают — все обычно хватаются за блестящее. Он выбирает команду, которая поможет ему построить долгую карьеру. Нико держит его на земле и обеспечивает всем необходимым — без лишнего.

Думаю, бренды скорее будут больше вкладывать в спонсорство — Fox подвеска, Fox одежда — потому что не хотят его потерять. Франчайзный игрок, который остаётся с одним брендом надолго — это как Ханс Рей, когда ты и бренд становитесь синонимами. Это так редко сейчас. Бернард — пример. Это делает работу проще. Было бы реально круто увидеть такую карьеру у Frameworks и Асы.

Нико отлично поработал, чтобы построить свою программу. Он ездил за все большие команды, видел, что ему нравилось и что нет, взял лучшее и создал своё. И теперь он один из немногих, кто начинает привлекать внешних спонсоров: Loctite, WD-40, в США — Toyota Trucks. Они начинают привлекать бренды извне спорта.

Плюс привлечь Аарона как идеального ментора для будущей звезды — он сделал всё. Никто не сделал то, что сделал Аарон. И речь не только об элите — Аса был в программе два года юниором. Идеальная инкубация таланта — и не потерять его при переходе в элиту, хотя предложений было море.

Кто-то должен выйти и «дать жару» в Лудинвиеле. Думаю, победитель будет не тот же. Ставлю на Джексона в Лудинвиле.

Четвёртый. Злой четвёртый.

Какая-то страница в инстаграме написала, что у неё 120 подиумов, но это не точно. Но она была третьей в Корее — и для Лудинвиля я ставлю на неё первой, потому что она француженка и на подъёме. Второй — Хэтти (Харриет Харнден, AON Racing). Она злилась из-за четвёртого места, допустила ошибки. Плюс, она никогда до этого не квалифицировалась первой на RV. Третьей… Это сложно. Кстати, Глория (Скарзи) была в 0.3с от бонуса Gates в 100 тысяч $. Она была в бешенстве — один оборот педалей. У парня из Gates есть чемоданчик с надписью «100K» — он ходит с ним по финишной зоне, пока девчонки финишируют.

Да, металлический чемоданчик, с деньгами внутри, прям вверх-вниз по финишной зоне. Мне нравится. А Глория — она андердог и уже показала крутой результат на первой гонке. И была заряжена на следующую.

И она выиграла первый Кубок мира. Приехала довольная — сказала, что в прошлом году слишком долго раскачивалась, и приятно выиграть первый этап на новой команде.

Никакого негатива, никто не обиделся. Некоторые люди, с которыми я работал в GT, лайкнули и написали спасибо за упоминание. Я смог это сделать только потому, что GT закрылся — контрактов больше нет, бренда нет, я могу говорить что хочу. Десять лет в GT — так что мог рассказать почти всю карьеру. Но многие не в такой ситуации — у них действующие контракты. Было бы хорошо, если бы люди были более открыты про заработки и про то, как сложно добраться туда, куда все эти дети мечтают попасть. Для большинства путь очень тяжёлый и не происходит за одну ночь — хотя может так выглядеть. Ради этого и снимал видео — дать ясность там, где её нет. 160 тысяч просмотров сейчас. Забавно — стоит заговорить о деньгах и люди кликают. Многие комментаторы вообще не из MTB — просто хотят знать, сколько зарабатывает профессиональный гонщик.

Почти в каждом контракте. Ты не можешь рассказывать, сколько зарабатываешь. По сути — это держит зарплаты ниже. Но среди топовых райдеров сейчас больше общаются и некоторые получили очень хорошие контракты благодаря этому, так как знают, сколько получает другой, и могут ориентироваться в переговорах. Менеджеров в спорте мало — это одновременно плюс и минус. Бренды не хотят иметь дело с раздражающим менеджером — они хотят общаться с самим райдером. Многие бренды уважали меня за то, что я сам вёл карьеру. Но когда тебе двадцать и ты сидишь перед двумя людьми из бренда — сложно сказать «я хочу вот столько». Они говорят «двадцать тысяч», а ты такой: «Да, звучит отлично» — хотя хотел сорок. Нет уверенности, ты боишься, что всё уплывёт. Молодым, наверное, нужна помощь с этим. Лоик в интервью на прогулке в Корее сказал, что считает — молодым райдерам нужно хорошо платить уже сейчас, потому что они могут быть звёздами. Братья Арланы, Тайлер — они должны получать сопоставимо с топами, потому что ты ставишь на них. Раньше юниорам платили мало, а Лоик сам был в такой ситуации — его юниорский тиммейт летал в бизнесе, а он нет.

Наверное, место нашлось бы, но я не уверен, что мы когда-нибудь получим такую личность — потому что мы не гоняемся толпой. Его персонаж работает именно благодаря очному формату — он троллит соперников. Весь контент — это подколки. Но он играет роль — это не он в реальности. А многие дети думают, что это настоящий он и пытаются копировать, что довольно страшно.

Он приезжает на гонку и должен быть Danger Boy весь день. А потом возвращается домой и он просто Хейден. Наверное, непросто так жить. Брайан Диган был таким же — с шипами на «броне», «панк-рок» образ. Но это не он в реальности — это роль, чтобы создать противостояние «злодей против хорошего парня». У нас есть место для большей индивидуальности, но не такой, как в суперкроссе — там очный формат.

Нет, но надеюсь, что он возьмёт титул в эти выходные — и тогда, может, перейдёт.

Будет интересно, но я не думаю, что это просто. Ему пришлось бы переехать туда, где можно кататься каждый день — хотя бы на одно лето — и просто практиковать даунхилл с подъёмником. Иначе не наберёшь достаточно времени на велике, чтобы быть конкурентным. В суперкроссе он катает каждый день — легко накатывать круги. В даунхилле накатка требует огромного времени.

Ты едешь куда-то и катаешь одну и ту же трассу весь день. Насколько это скучно? Единственное удовольствие — когда гонка складывается хорошо и ты чувствуешь этот кайф от езды на грани. Но в остальном — мы живём в Британии, сидим целый день в старом Лэнд Ровере, чтобы прокатиться 30 минут. Это скучно. Вот почему я катаю почти только на электричке — это намного веселее, это настоящий MTB. Эндуро до того, как я вернулся в даунхилл — это реальное катание: весь день, разные трассы. А в даунхилле даже в лучшем случае — когда я жил в Австрии, ехал утром в Леоганг, делал 10 заездов за два с половиной часа и возвращался домой к обеду. А если дождь? На электричке я еду три часа, меняю батарею, еду дальше — никакого мёртвого времени. В даунхилле половину дня ты просто сидишь в машине по дороге наверх.

Фан даунхильного велика — это и есть ехать максимально быстро. Ты катаешь одну трассу снова и снова, чтобы стать быстрее, находишь места, где можно добавить, находишь предел. Ронан (Данн), сделал 500-600 заездов в межсезонье до того, как травмировал ногу. Шлём ему исцеляющие лучи, ждём его обратно на Кубке Мира. Он ездит в Новую Зеландию, а как только возвращается — обратно в шаттл в Ирландии на одноминутную трассу. Это преданность делу. В инстаграме всё выглядит весело, но те дни в Ирландии в дождь и зиму, шаттл ради минутного спуска и ты мокрый весь день. Не то чтобы весело.

Да, как только ты катаешь даунхилл и хочешь гоняться — нужно тренировать именно гонку. Я много катал с семьёй Мика Ханны — с Трейси, его мамой, и Дейвом, отцом. Дейв гнал так быстро по дороге наверх, что знал, если ты остановился на трассе — потому что приезжал слишком поздно после него. Если остановился — тратишь время. Мы должны были опережать его на спуске, но он ехал прямо за нами. А потом мы неслись обратно наверх — он с прицепом, мы дрифтуем как идиоты. Весь день на полной скорости. Ходил слух, что Мик сделал 41 заезд за один день, отец наматывал 780 километров на одном холме. Вот что нужно, чтобы стать даунхилльщиком. И 40-й заезд был самым быстрым — все были записаны.

Дейв всегда говорил: нужно делать полные заезды, потому что именно это ты делаешь на гонке. У него был успех — с обоими детьми. Идеальный тренер. Он всегда говорил мне, что нужно «прижиматься» (к верхней трубе, для пущей аэродинамики) на гонке, а потом присылал сообщение: «Рад видеть, что ты прижимаешься». Привет Дейву.

Нужно закрыть 100 этапов КМ — это была цель на сезон. Я на 97. Думал даже приехать в Корею и просто выкатиться из стартового гейта — это считается как старт, потому что считают старты, а не финиши. Просто выехать из ворот с рукой в повязке. Но гондола в Корее — оказывается, тебе не разрешают спускаться на гондоле. Пришлось бы ехать вниз — а это плохо с одной рукой. Так что осталось четыре. Не хочу тянуть до 27-го года и так уже затянул. Вообще-то я уже не должен гоняться, но думаю: «А кто сделал больше всех?» Грегман (Грег Миннаар) — 163, кажется. Клуб «сотни» — реально маленький: только 12 человек. Но скоро Аарон и Лоик присоединятся. Бернар тоже в клубе, Адам Брайтон, Брендан...

Двадцать раз в одном месте — примерно так.

Возможно. Но вообще мы сейчас пробиваемся куда реже — покрышки стали намного лучше, и у меня Continental.